Lie Liebe=любовь?

Lie Liebe=любовь?

Я преподавала тогда в одном из художественных вузов Москвы, много рассказывала своему курсу о различии национальных менталитетов, о семантике слов при переводе с одного языка на другой. В каждом языке есть такие слова, значение которых как будто близко иноязычным, однако непереводимые в своих смыслах до конца. К примеру, русские «душа», «тоска» или «любовь» в русском объёме точно понимаются только носителями языка, теми, для которых русская культура и русский язык родные — и то по-разному, в зависимости от принадлежности к той или иной социальной, религиозной или субкультурной группе.

Клара была моей студенткой, приехала учиться в Москву из Германии. Клара — значит «ясная, яркая». Яркой она не была, скорее — стильной: худенькая высокая фигурка, короткая стрижка, непременный берет и длинный шарф, никакой косметики на лице. Зато ясности она добивалась всегда. И как-то попросила о личной встрече, предупредив, что хочет поговорить приватно. Я согласилась.

Мы встретились через неделю, и она долго и подробно говорила о своих отношениях с русским парнем-однокурсником. Они жили с ним вместе и работали в одной мастерской. Он любит меня, говорила она, так горячо любит, мы с ним уже два года, он неутомим в постели, как ни один немец, с которыми у Клары были интимные связи, — правда, было их вовсе немного, но русская страсть и мужская сила превзошли все её ожидания. Он умный, восторгалась Клара, с ним можно говорить о самых сложных вещах, и в общении этом рождались, как высекаются искры, такие идеи и художественные образы, которых до того не было ни у него, ни у неё. Немцы теперь казались ей холодными, тупыми и расчётливыми, дистанция между партнёрами, физическая и душевная, принятая на её родине, чрезмерной, такой, какой не бывает при настоящей любви.

Но вот что её тревожило. Живут вместе — но за съёмную квартиру платит только она. Аренда мастерской тоже стОила недёшево — но, деля с Кларой место работы, он ни разу не предложил заплатить за него. Когда мы идём куда-то вместе и встречаем его приятелей, говорила Клара, он начинает вести с ними длинные разговоры, даже не представив меня, а когда я пару раз попыталась вставить какую-то реплику, поучаствовать в беседе, он бесцеремонно меня обрывал. Он отказывался пользоваться презервативами, но сказал: если забеременеешь, сделаешь аборт. Он ни разу не подарил Кларе даже цветка, не пригласил в театр, ресторан или просто погулять по бульварам — туда он, как уверял, ходил с друзьями. Может ударить. Но ведь умный, талантливый, и в постели с ним как ни с кем…

И спросила, наконец, о том, ради чего договаривалась о встрече: это и есть настоящая русская любовь? Я же, говорила она, человек другой культуры и другой ментальности, поэтому именно от вас хочу получить ответ. То, что меня смущает, надо просто не замечать, потому что так принято любить в России и не принято — в Германии? Вот же у Достоевского Рогожин даже убил от великой любви…

Ей очень хотелось, чтобы я развеяла её сомнения, подтвердила бы, что это и есть наша любовь, в отличие от немецкой, потому что такова наша ментальность, изучавшаяся ею по великой русской литературе, а ментальность надо уважать, относиться к ней политкорректно. Она жаждала любви и моего ей «да». Но я сказала — нет. Я была безжалостно лапидарной: он использует вас, сказала я, он альфонс, уважающая себя русская женщина не станет терпеть подобного и быстр расстанется с такою «любовью», как бы ни было больно и как бы ни интерпретировать Достоевского.

Клара поспешно вскочила с кресел, где мы расположились, запунцовела от гнева, боли и ярости и сказала отрывисто, ледяным тоном: «Простите, что потревожила. Конечно, кому нужны чужие истории?.. Прощайте, спасибо, что потратили на меня своё время», — голос, однако, дрожал и прерывался. Развернулась, махнув своим длинным шарфом, и ушла не оглядываясь.

Вот так я разрушила чужое счастье. Не знаю, права ли была. Мне всегда казалась неверной русская пословица «правда — хорошо, а счастье лучше». Почему-то мне думается, что счастье — хорошо, а правда лучше. Не исключаю, что тут моя политкорректность хромает.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.