Из личной переписки Кошки и Фрау Греты

Из личной переписки Кошки и Фрау Греты

«…Я старшая в семье, родители хотели мальчика, и отношение было соответственное, а когда мама спохватилась, стала дарить мне кукол и рядить в платья с оборочками, мне это уже сильно не нравилось, и я от этого отбивалась руками-ногами. Рано стала самостоятельной, с меня спрашивали за себя и за младшего брата.

Странное дело, но у нас в семье не принято было ласкать детей, меня никогда в жизни не называли деточкой, доченькой и мышоночком, даже по голове не гладили (теперь я просто шарахаюсь от людей, которые хотят меня приласкать), бабушка вообще всех в кулаке держала, я ее на „вы“ называю, так что никаких пирожков и телячьих нежностей.

В детстве я была замкнутым ребенком, в сад не хотела ходить, потому что меня пугали неопрятные дети и слащавые воспитатели, я хотела быть одна. В школу меня отдали вообще с криками и истериками, вцепилась в железную кровать и проехала с ней до порога.

В школе была „пацанкой“, куча друзей-мальчишек, которых я стадами таскала за собой. Что-то вечно выдумывала, привыкла отвечать сама за всех. Честность всегда ставила во главу угла, не могу смотреть, как ерзает человек, выкручивается, врет. И сама так унижаться никогда не буду. Вообще врать не могу. Противно. Никогда не позволю себе подвести людей, которые мне доверились.

В классе была лидером, но в девятом классе меня неожиданно свергли с престола и опустили до самых низов. Это стадо, еще вчера преданно смотрящее мне в рот, стало меня травить. Я научилась драться, держать удар, смотреть обидчику в глаза, не отступать и не сдаваться.

Все вынесла и не перевелась в другую школу, хотя даже директриса и завуч настоятельно рекомендовали мне это сделать. Достойно закончила десять классов. Мои враги к концу периода обучения уже уважали меня. Я это видела. И только ухмылялась, мне уже было наплевать.

Потом было увлечение дрессировкой собак, причем чем собака больше и серьезнее, тем лучше для меня. Потом были лошади, но лошади по характеру, как кошки, — себе на уме. И кошек я за это не люблю. Ценю открытость и естественность. Как у собак. Я сама — собака, не кошка. Мама мне всегда говорила, что у меня мужской характер, что я все смогу сама, поэтому никогда меня нигде за ручку не водила. Зато носилась с братом, он у нас такой беспомощный, Волоооденька, и все такое…

В институте со мной случилась любовь вечная, бесконечная, парень мой был довольно странным человеком для других — мрачный, серьезный, молчаливый. Он был Дом, это я уже сейчас могу сказать. Мы пытались переделать друг друга. Причем, как он потом сказал впоследствии, все наши отношения сводились к тому, чтобы выяснить, кто сверху. Так и не выяснили — расстались. Общаемся до сих пор. Как два Дома.

Непосредственно заниматься Тематическим сексом мне захотелось лет с двадцати, это было отличное решение. Причем до этого я была уверена, что я по натуре — просто лесби и мне нужна слабая женщина. Но с женщинами не особо складывалось, поэтому перешла на мужчин. Все удается.

Я — хорошая Госпожа[10]. Один из моих нижних называл меня Суровая справедливость, мне нравится такое определение.

Благодарна за приглашение вступить в Клуб. Приду одна — для начала…»

Трактир «Чем Бог послал», меню на 29.08.1993:

«Салат из цветной капусты и кабачков.

Суп-пюре из свежих грибов со сметаной.

Рыбные котлеты с цветным картофельным пюре.

Сладкий пирог с яблоками.

Приятного аппетита!

С уважением и заботой

Хозяева».

Доска объявлений в трактире «Чем Бог послал»:

«Милые гости! Ну что сказать, завтра опять у нас собирается Дискуссионный Клуб, то есть на Кабинет не рассчитывайте. Зато наш шеф-повар Ковалевский наконец-таки довел до совершенства свою знаменитую Гурьевскую кашу, зачем-то заморозил ее (довольно грубо ответив, что так надо, оставьте меня в покое) и намерен угощать ею всех, причем первая порция (доза) — бесплатно. Ваш Георгий».