Глава 37

Глава 37

В пятницу на валеологии вместо молодой девушки — преподавателя неожиданно пришел Декьярро. Деметра решила, что с него хватит, и оделась обычно: джинсы и футболка.

— Я проведу у Вас лекцию «Взаимоотношение полов».

— Сегодня нам везет, — улыбнулась довольная Элен.

Деметра в этот момент решила для себя, что объявляет мужу настоящую войну без права на перемирие.

— Лекцию я хотел бы провести в виде диалога. Как Вы на это смотрите? Любит ли кто-то из Вас разговаривать с преподавателем?

— Я люблю разговаривать с преподавателем. И я смотрю на это положительно. А взаимоотношение полов — это непросто. Какое первое качество, присущее современному мужчине, должно быть? — спросила Деметра, встав со своего места.

Джордж попытался было ее одернуть, но она, не обращая на него внимания, сама же дерзко ответила:

— Материальное положение. Женщине необходимо растить детей и заботиться о них. И если Вы, мистер Римини, со мной не согласны, Вам не стоит ухаживать за чужими женами. Преподаватель едва ли в состоянии найти средства, чтобы прокормить свою!

Все онемели. Никто не ожидал от нее такой смелости. Впрочем, она и сама не ожидала. Она рассчитывала позлить Декьярро, намекнуть ему на то, что ее интересуют только его деньги и заодно дать ему понять, что хочет детей. Ну, не прямо сейчас, конечно.

Декьярро воспринял ее выпад так, как следовало. Элен выводила ее из равновесия. Его нисколько не раздражало, что у него такая ревнивая жена. Ему хотелось лечь с ней в постель, вот и все. Как же еще успокоить ревнивую жену и успокоиться самому? Джордж почти все время занимал ее время и делал попытки взять ее за руку. Декьярро обещал, что это научит его быть прелестным мужем и любовником, но пока у него что и получалось делать прелестно, так это ревновать.

— А я думаю иначе, — возразила елейным голосом Элен.

— Мужчина должен быть щедрым, добрым, сильным, умным. Ну, и симпатичным. Обратите внимание на мистера Римини, девушки: у него все эти качества есть!

Декьярро боялся поднимать глаза на жену. И думал, идти ли ему домой, или переночевать у Дарио. Тот, хоть и влюблен в Деметру, в этой ситуации будет на его, Декьярро, стороне.

— Еще он должен быть хозяйственным. Если он умеет готовить дичь, ему цены нет!

Деметра явно намеревалась не просто дразнить его, а свести с ума решительно и абсолютно точно.

— Готовить он должен так вкусно, что пальчики оближешь!

Декьярро прикрыл глаза. Он вспомнил день их свадьбы, этот разговор и ее предложение облизать его с ног до головы.

— Однако, если у него нет на это времени, он может нанять домработницу. Были бы деньги. Главное, чтобы служанка была не мужского пола. Как показывает практика, мужчины всегда неравнодушны к симпатичной хозяйке дома.

Декьярро взбесился. Эти ее поддразнивания сделали свое дело: ему хотелось ее задушить. И заодно Серджо. Декьярро совсем не нравилось ревновать. И в этом он тоже боялся признаваться жене. Вдруг она тогда подумает, что он не хочет становиться нежным, милым, чувствительным мужем, а, следовательно, идеальным. И разлюбит его. Сейчас-то любит, если ревнует. Ей кажется, что Элен симпатичная и стройная блондинка, которая положила на него глаз. Ему казалось другое. Что она тощая и наглая дура. И ему, честно говоря, было плевать на Элен. Но на Деметру то нет! Поэтому приходилось терпеть издевки жены, на которые толкала ее Элен.

— А теперь о женских качествах, — сказал Декьярро.

— Женщина, как считают мужчины, должна быть красивая, сексуальная, нежная… — и он выразительно посмотрел на жену.

Своим взглядом он хотел дать ей понять, что считает ее как раз такой. Но Элен и здесь все испортила.

— Прямо, как я! — сказала она с вызовом.

Деметра сверкнула глазами в сторону мужа. Он инстинктивно втянул голову в плечи. Джордж заметил это, и на сердце его навалилась тоска. Их преподаватель по уши влюблен в Деметру, что бы она ни делала и не говорила. Он ее боится, а это верный признак любви.

— И еще она должна любить детей. Своих, конечно. Я, к примеру, равнодушна к чужим детям. Они не вызывают у меня бурного восторга. Но ради своих я бы пошла в огонь и воду!

Декьярро подумал совсем не то, что она ожидала. Он решил, что она просто дразнит его. Мол, в постель не допущу, а так у нас были бы дети. Мужчина гордится своими детьми, рожденными в браке и от любимой женщины. Она как бы намекала ему, что пора бы попросить прощения, упасть на колени, например. Но он боялся Деметру. Она была так прелестна в своей роли униженной и оскорбленной и так хороша в роли преподавателя, что у него все слова застревали в горле.

— Итак, все со мной согласны? — продолжала Деметра социологический опрос.

— Конечно, — тепло улыбнулся ей Джордж.

— Меня удивило, что никто не назвал понимания, ведь без понимания даже с деньгами не проживешь счастливо.

— Я с тобой согласен. Садись, — предложил ей Джордж и коснулся ее руки.

Она села.

— Занятие окончено, — сказал Декьярро.

— И никакой благодарности за помощь, — шепнула Деметра Джорджу.

— Оставь ты его. Он не ожидал, что ты так умна и уверена в себе.

— Ничего подобного. Я просто ревнива.

— А! Тебе не нравится Элен? — неприятно удивился Джордж.

— Если тебе она нравится, дружбы между нами быть не может, — сурово ответила Деметра.

Весь лекционный зал встал и начал готовиться к выходу. Джордж же встал, обнял ее за плечи и счастливо рассмеялся.

— Что, и меня ревнуешь?

— Разумеется. Ты же мой друг. Тебе должна нравиться только я, — она убрала его руки.

Декьярро внимательно смотрел на них.

«Он постоянно ее трогает, обнимает даже. Ей это, судя по всему, приятно. Мне-то нет! Могла бы и о моих чувствах подумать! Сегодня же ней поговорю! Так больше не может продолжаться!»

Вечером Декьярро решительно подошел к ней.

— Деметра, давай поговорим. Что ты думаешь обо всем этом?

— О чем конкретно? — не поняла она.

— О наших отношениях. Сегодня ты всех поразила, Деми.

— Никого я не поразила. Хотя нет, почему же? Твою Элен.

— Она не моя, — отрезал Декьярро.

— Ну, как же? Ты же у нас щедрый, добрый, сильный, умный… Что там еще? Ах, да! Симпатичный.

— Ты сказала мне то же самое при нашей первой встрече.

— Вот именно. Ты гляди, а? Все замечают. Это становится традицией: раздавать тебе авансы на первом свидании.

— У нас с тобой не было свиданий. Ты на сегодняшнем занятии была великолепна.

— Правда? И какая моя роль произвела на тебя самое сильное впечатление?

— Будто ты не знаешь! — закусил губу Декьярро.

— Нет.

— Роль подруги Джорджа, какая же еще?

— Неужели? И в чем она заключалась? Мне казалось, мы просто общались.

— Вы обнимались. Он тебя обнимал.

— Ах, это!

— Зачем ты надо мной издеваешься? — Декьярро начинал терять свое кажущееся железным терпение.

— А ты? И в чем заключается мое издевательство над тобой?

— Ты поощряешь Элен.

— Я?! Она сама выискивает способы быть ко мне ближе! — выкрикнул он нечаянно.

И пожалел о своих словах.

— Уходи, — тихо попросила Деметра.

— Что ты сказала? — не понял Декьярро.

— Уходи, пожалуйста. Сейчас я не хочу тебя видеть.

Декьярро вздохнул и ушел в другую комнату. И позвонил Дарио. Тот ответил на звонок.

— Привет, Кьярро. Я тебя слушаю.

— Я приеду? Мне необходимо поговорить с тобой.

— Конечно, — удивился Дарио.

«Неужели у них с Деми произошло что-то из рук вон выходящее? Деми бы его простила… в любом случае. Какой грех он совершил? — думал Дарио в эту минуту.

Декьярро приехал к нему. Дарио открыл дверь и произнес:

— Честно скажу, ты меня удивил. Что случилось?

— Я зайду и расскажу.

Дарио пропустил его. Декьярро сел на банкетную табуретку. Дарио нравились вещи, производящие впечатление.

— Итак? — спросил Дарио друга.

— Деми не хочет меня больше видеть.

— Ничего себе! На это должна быть веская причина. Что же ты натворил?

— Не я! Одна студентка меня преследует. Вернее, так Деми кажется.

— А что кажется тебе?

— Что она дура, вот и все. И нарочно злит мою жену.

— Зачем?

— Развлекается, возможно.

— Ага. Деми упоминала, что у тебя появилась другая женщина.

— Никого у меня нет, кроме жены.

— Замечательно. Рад за тебя. Так что ты от меня хочешь?

— Деми меня ревнует, — упавшим голосом сообщил Декьярро.

— Я что-то не пойму, тебя это раздражает, что ли?

— Нет.

— Тогда что же?

— Ты должен объяснить ей, что меня не надо ревновать. Я этого не хочу.

— Мне казалось, любому мужчине на твоем месте было бы лестно, если бы его ревновала собственная жена, тем более, такая красавица. Так почему ты против?

— Не знаю. Я чувствую себя виноватым. Мне жаль ее. Она не заслуживает таких страданий. Да и я не стою таких страстей.

— С ума сойти! Ты абсолютно чокнутый, Кьярро! — Дарио рассмеялся.

Но в душе ему хотелось плакать. Он смертельно завидовал другу и бывшему вице-президенту компании «Золотая осень». Почему она ревнует мужа? Разве он заслужил такую любовь?

— Я бы на твоем месте был счастлив.

— Я не хочу быть ни на чьем месте. Меня и свое вполне устраивает. Я им доволен. У нее есть ты, есть Джордж, есть Серджо, наш домработник. Она его, кстати, не забыла, как бы не притворялась в обратном!

Дарио опять рассмеялся.

— И как она тебя терпит? Ты абсолютно невозможный друг. Что ты ей посоветовал, когда увидел ее… в короткой юбке?

— Я сказал, что ее брак развалится, если она не остановится и будет продолжать выводить тебя из равновесия.

— Неужели?! Тебе же это на руку! — язвительно произнес Декьярро.

— Нет, хоть ты мне и не веришь. Она все равно не выйдет за меня замуж, так зачем мне портить Ваш брак? — пожал плечами Дарио.

— Со всех сторон ты прямо белый и пушистый, — рассердился Декьярро.

— Чепуху ты городишь! Я обычный человек. Что мешает тебе попросить у нее прощения?

— Я боюсь. Она не простит меня.

— Я бы на твоем месте сделал как минимум 1000 попыток.

— Спасибо за совет.

— По-моему, ты за этим пришел.

— Да. У меня никого нет. А у Деми есть Вы, ее поклонники. И она не допускает меня в свою постель.

— Правда?! — Дарио расширил глаза.

— Перестань изображать из себя дурачка! Находиться в неведении в таких вопросах для тебя — маловероятно!

— Мне Деми об этом не говорила.

— И о Джордже не говорила? — прищурился Декьярро.

— Да я сам видел его… их вместе. Ну и что? Ничего такого в нем нет.

— Молодость.

— Совершенно верно. Симпатичный, конечно.

— И в Деми влюблен… безумно.

— Ты заметил, что она его поощряет?

— Еще бы! Меня хочет позлить. Представляешь, дома со мной почти не разговаривает, а в университет выпендрилась и нашла время поздравить меня с днем рождения!

— Ого! А ты что? — полюбопытствовал Дарио, улыбаясь одними глазами.

— Что я? Кругом же уши… Студенты эти! Я ее пригласил в гости… в следующий раз.

— Обалдеть! А она что?

— Застеснялась почему-то и ушла.

— Ну, ее можно понять. Она твоя студентка, ты ее муж, а кругом любопытные. Может, о сексе подумала.

— Что?! — изумился Декьярро.

— Только подумала. Но осуществить то не решается. Кстати, я скажу тебе, почему так случилось.

— Как — так?

— Почему Деми вдруг решила повременить с… интимными отношениями.

— И почему же?

— Она обижена тем фактом, что ты решил следить за ней без ее ведома.

— За ней и следить то особо не приходится! Джордж — очень милый парень и поддерживает ее во всех ее начинаниях.

— А Деми как-то призналась мне, что самый милый парень из всех, кого она знала — ты!

— Ничего подобного!

— Будто ты стремишься стать для нее идеальным мужем. А ради этого разрешаешь ей общаться с друзьями. И при этом неважно, какого пола.

— Кажется, я погорячился.

— Да нет, все нормально. Мужчина скажет что угодно, лишь бы добраться до женских трусиков. Так говорят.

— Деми нужен другой мужчина. Ей нужен ангел. Я не соответствую ее представлениям об идеале.

— А она… тоже так думает?

— Нет, конечно. Она меня оправдывает. Считает, что я какое-то безгрешное, неземное, нереальное существо.

— Она вышла за тебя замуж. Женщины редко разводятся, если чувствуют, что их любят. Возможно, Вам стоит завести ребенка. Тогда она успокоится и переключит свое внимание на него.

— И как это сделать, если мы даже не спим вместе?

— Думай. Для этого человеку дана голова.

— Благодарю, — иронично усмехнулся Декьярро, попрощался и ушел к себе домой.

Деми не было дома. И она даже записки не оставила.

— Замечательно, — буркнул Декьярро, — И как я должен ложиться спать, если моей жены нет дома?

Деми не пришла ночевать домой. Декьярро ждал ее терпеливо до 3 часов ночи, но потом голова его упала на подушку и он уснул.