Глава 42

Глава 42

30 декабря состоялся экзамен по экологическому праву. Деметра зашла в первой семерке. Девушки решили подарить Декьярро шампанское и конфеты. Деметра им говорила, что ему это не понравится, но они не послушали.

— Своего Дарио контролируй. На два фронта успеваешь, — сказала ей обиженная Элен.

Декьярро в момент попытки вручения подарка насмешливо посмотрел на 6 девушек и сказал:

— Попытка дачи взятки должностному лицу?

Девчонки смутились. Деметре стало весело. Она подумала о том, что в характере ее мужа удивительным образом сочетается детская доброта, насмешливость, тонкость, горячность и ирония. Он смелый, как настоящий тигр и нежный, ласковый, как самый замечательный мужчина на свете. Теперь его новая профессия сводила ее с ума. Все велели Деметре первой брать билет.

— Почему это? — спросила Деметра.

— Потому что ты старше! — ответила Элен, желая унизить Деми в глазах Декьярро. Но Декьярро не обратил на это внимания.

Деметра взяла 3 билет: 1)Среды жизни в биосфере; 2) Численность. Выживаемость. Кривая численности; 3) Круговорот воды в биосфере. Она заняла очередь пятой. Первой отвечала Ирэн — «4». У всех был шок, ведь первым обычно дают поблажку. Олеся тоже получила «4». Следом за ней Хельга — «4» и Мэри Энн — «4». Наконец, идет Деметра и вся дрожит (хоть и знает билет и знает о связи между ними). Раскрывает рот и говорит:

— Среда обитания — это сообщество…

И вдруг Декьярро говорит:

— А Вы почему пришли? Я Вам уже оценку давно поставил — я же обещал отметить ваше участие в олимпиаде.

В голове у Деметры был туман и мысли: «Врешь! Все врешь! Это предлог! А зачем сразу не сказал об этом?»

А Декьярро ей:

— Вот видите, какой я коварный!

«Господи, я знала, что ты именно это скажешь, любимый! Ведь это твоя характерная черта — ругать себя, когда находишься рядом со мной!»

Декьярро продолжал:

— А Вы знаете, что недавно была еще одна олимпиада?

— Нет.

— Нет?

«Я что, олимпиадами так увлекаюсь, что ли? Я же ради тебя участвовала в ней, мой милый!»

— Мы выиграли.

— Молодцы! — Деметра не знала, что еще сказать, ничего умнее ей в голову не приходило.

Очевидно, Декьярро уже до ужаса хотелось прикоснуться к жене. Какой способ он избрал для этого, учитывая то, что Деметра его к себе не подпускала, и они были не одни? Мужчинам всем кажется, что они блещут (как они считают) остроумием. Деметру поразило очень сильно то, что он стал трогать под столом ее ногу. Она улыбалась, поскольку думала, что так бывает только в кино. И что так поступают только во всех смыслах испорченные мужчины. Но на Декьярро она за это совершенно не злилась. Он, скорее, вызвал у нее этим поступком восторг и умиление. Ей стало даже жаль его… совсем чуть-чуть. Этого было явно недостаточно для абсолютного прощения.

— Ну, так кто готовил-то? Мы же готовили! Не сочтите меня слишком скромным, миссис Валенсия! — и отвернулся, словно устыдившись своего хвастовства.

И даже в этом случае Деметра знала, почему. Он стеснялся. Она знала, что ее муж — самый очаровательный ребенок на свете. И никто в целом мире не понимал его прежде так хорошо, как она, и не видел в нем таких качеств, которые разглядела она.

Как Деметра была счастлива в этот день — не передать! Пришла домой — Декьярро еще был на работе — а дома Серджо организовал ремонт труб. Одного мужчину нанял пожилого, а другого — молодого и нервного. Молодой сразу положил глаз на Деметру и Серджо почувствовал ревность. Деметра ничего не заметила совершенно и поэтому не удивилась. Она не поняла, что имел в виду Серджо, когда спросил ее:

— На тебя чернорабочие всегда западают?

Молодой рабочий после обеда позвонил в дверь и говорит:

— Никого нет.

— Разве можно так шутить? — засомневалась Деметра.

— «Кто, кто там?» — передразнил он ее.

— Что за праздное любопытство? Здесь Нью-Йорк, мисс. Надо сразу оперативно открывать!

— Даже чернорабочие любят девушек с красивыми ногами в мини, чего уж говорить о твоем муже? Он счастливчик, что получил тебя, — заметил Серджо, когда рабочие все доделали и ушли.

Они сидели на кухне. Серджо пил чай и пытался завести разговор, а Деметра пила свою любимую холодную воду (Декьярро всегда ворчал, что ее пить нельзя, в ней полно микробов — в ответ она называла его «Дева чертова» и продолжала пить воду) и пыталась молчать.

— Ты никогда не хотела говорить со мной. Еще в колледже ты с первой встречи назвала меня тупицей, помнишь?

— Ты задавал дурацкие вопросы. Зачем ты спрашивал, как меня зовут?

— Я не знал, о чем с тобой говорить.

— В таком случае, лучше молчать. Молчание — золото.

— Молчащие не в меру женщины редко встречаются и наводят на подозрение, что с ними что-то не так.

— Со мной все так настолько, чтобы всерьез понравиться моему мужу.

— Вот как? И как же ты ему досталась? Он купил что-то в магазине, а в придачу дали приз — тебя?

— Нет, Серджо. Он завоевывал меня 1,5 года. Это очень красивая история.

— И кто же был его соперником?

— Дарио. Я любила его.

— Владелец компании «Золотая осень?»

— Уже нет. Ее владелец ныне — мой муж.

— Это что, получается, что он украл у Дарио компанию?

— Выкупил.

— Без его на то согласия? — прищурился Серджо.

— Да, так.

— Воровать красиво ради любимой женщины — это поступок. На женщин это всегда действует. Это после этого ты влюбилась в него?

— Вовсе нет. Я еще раньше сделала ему предложение.

— Что ты с-с-сделала? — поперхнулся чаем Серджо от неожиданности.

— Предложение Декьярро.

— З-з-зачем? — он все еще не мог оправиться от неожиданности.

— Он сбежал от меня в Вашингтон, а я вдруг поняла, что люблю его.

— Зачем же он уехал в Вашингтон?

— Дарио сказал ему, что мы теперь вместе.

— Это получается и Дарио влюблен в тебя?

— Да.

— С ума сойти! Ты прямо героиня романа! Самые лучшие мужчины сражаются за твою любовь!

— Мне достаточно моего Декьярро.

— Жаль, что ты меня больше не любишь.

— Наверное, тебя утешит сообщение о том, что я хотела выйти замуж за кого угодно как можно скорее?

— Почему?

— Чтобы забыть тебя.

— И каким образом это меня утешит?

— Ну, она же любила тебя долгое время. Ты натолкнул ее на мысль выйти замуж. Разве это не тешит твое самолюбие? — усмехнулся Декьярро, заходя на кухню.

— Ты уже здесь, Кьярро, — сказала Деметра.

— Где же мне быть, по-твоему? Я днем и ночью охраняю твое спокойствие.

Его улыбка была язвительной. Деметра еле сдержалась, чтобы не произнести в ответ: «Я тебя люблю». Не работали здесь его психологические советы о том, как вести себя с мужчиной и как отвечать ему достойно на такие вот выпады. Единственное, что ей хотелось — приободрить его. И у них так давно не было интима. При этой мысли она вздрогнула и Декьярро тут же это заметил.

«Интересно, что это может означать? Да что угодно! Деметра как-то признавалась мне, что мечтает читать мысли. Сейчас бы мне очень хотелось присоединиться… к ее мечте!»

— Я рада тебя видеть.

«Прекрасно. Именно это люди говорят всегда, отдавая должное вежливости. Господи! Как он смотрит на нее! А она смотрит на него как-то необычно… устало, что ли… Никогда не видел у нее такого взгляда. Даже на Дарио она смотрит иначе. В эти минуты в ее взоре проявляется интерес… хоть какой-то. А как она смотрит на меня? Вряд ли мне дано разгадать тайный смысл ее взглядов».

«С любовью я на тебя смотр. Я люблю тебя, Кьярро. Мне даже стало казаться теперь, что я влюбляюсь в тебя с той минуты, как ты предложил мне влюбить в меня Дарио. Это было бесподобно! Я никогда в жизни не встречала таких… отзывчивых людей. Все говорят, что ты сделал это из корысти, личного интереса, любви ко мне, чего угодно… Это не имеет значения. Я люблю тебя… за этот обман. Ведь я никогда прежде не получала таких чудных, изумительных и волшебных подарков… судьбы».

— Серджо, ты можешь идти.

Серджо вздохнул, встал и ушел домой.

— Жаль, что он не живет здесь, правда?

Деметра внимательно посмотрела на мужа.

— В самом деле, тебе нравится причинять себе боль?

— Еще как! Тащусь от этого!

— О! Да ты мне лжешь, оказывается! Нет, не так. Ты хочешь продемонстрировать мне, как тебе сейчас плохо. Чтобы я испытала чувство вины.

— Ничего подобного! — возмутился было Декьярро.

Деметра не стала спорить дальше. Она просто подошла к нему и поцеловала его в губы. Долго-долго. Декьярро никак не ожидал этого и совершенно не сопротивлялся. Наоборот, он обнял ее за талию и ответил на поцелуй.

«Сейчас спустит меня с небес на землю. Скажет, что никогда меня не простит…»

Деметра перестала его целовать. Декьярро, недолго думая, встал на колени.

— Я больше так не могу. Прости меня, моя любовь.

Он произнес эти слова с такой нежностью, что сердце ее словно остановилось.

— Сегодня ты был… неотразим, — сказала она вместо ответа.

— Помнишь: Декьярро все делает ради тебя?

— Одно из лучших воспоминаний в моей жизни, — серьезно ответила она.

— Зачем ты пригласил меня на экзамен? Ты мог бы сразу сказать, что я свободна.

— Хотелось тебя увидеть.

— Мм. Не просто увидеть, а заслужить мое восхищение!

— О, да! Разве тебе не понравилось мое блестящее показательное выступление?

— Я в восторге, ты же знаешь. Почему ты не встаешь с колен?

— Хочу прочесть тебе кое-что. Это по-настоящему заслуживает твоего внимания. Возможно, ты подумаешь, что стихотворение немного… откровенное. Впрочем, ты этого не заметишь. Мужская откровенность отличается от женской.

— Я тебя слушаю.

Декьярро развернул вчетверо сложенный листок бумаги и прочел вот что:

  «Завеса тайны»

 Эротическое стихотворение

 09.10.10 г.

 20.00 ч.

 А бугорочек ничего:

 Завесу тайны он приоткрывает.

 Имеет право тот сюда зайти,

 Умело ключик тот, кто подбирает.

 Какие здесь прелестные глубины:

 Сады бордовых, бархатных,

 Рубина цвета роз…

 И тот, кто был здесь хоть бы раз,

 Сто просьб неумолимо

 Готов и на коленях вымолить всерьез.

 Благоухает розы аромат, пьянит,

 Надежду в рай попасть он обещает,

 Сердца людей он манит и прельщает,

 Меня притягивает, как магнит.

 Сей чувственный подарок

 Безусловно, ты нигде уж больше не найдешь,

 И если уж вкусил,

 Прошу тебя, ты никакой другой не трожь,

 Иначе ни за что ты пропадешь!

— Что ты об этом думаешь? — на полном серьезе спросил ее муж.

— Я думаю, что ты сошел с ума. И ты об этом думаешь.

— Да, я сошел с ума. Я совершенно спятил от любви к тебе, Деми — кошечка. Не могу я больше обходиться без… секса. Ты — мое вдохновение, моя муза, мое счастье. Я люблю тебя. Я совершенно точно хочу тебя… до безумия! Сейчас ты шокирована моими словами, я понимаю. Дарио, наверняка, просветил тебя, что я обычный мужчина и однажды признаюсь в этом. Стыдно ли мне говорить тебе о своей страсти, своем желании? Безусловно. Но и скрывать, держать это при себе я больше не в состоянии. Я знаю, что ты не готова меня простить прямо сейчас. Но дай хотя бы… надежду.

— Разве я не дала ее тебе?

Декьярро все понял. Она имела в виду поцелуй.

— Ты — мой ангел! — сказал он страстно, вставая с колен.

— Я — твоя жена. Только и всего.

— Я грешник. Разве ты не считаешь, что то, что я делал на экзамене — грешно?

Она рассмеялась.

— Знаешь, нет. Когда я видела, как в кино это делают другие мужчины, мне казалось, что это… порочно сексуально, что ли. Но на тебя я вовсе не обижаюсь. Ты мой муж, тебе позволительно быть… слегка сексуальным в интимных отношениях. У тебя не было другого выхода.

— Был. Я мог держать себя в руках… целиком и полностью.

— Ну, не робот же ты, в самом-то деле! А ты постоянно намереваешься им стать. Ты просто считал, что тебе это поможет.

— Деми, ты меня слишком сильно любишь.

Он произнес это таким тоном, словно сам был в этом виноват и каялся.

— Ну, так и ты меня слишком сильно любишь.

— Просто… так не бывает. Меня нельзя любить.

— Некрасивый, неидеальный… Все слышала не раз и помню. У меня другое мнение на твой счет.

— Почему же ты не хочешь меня простить?

— Если ты будешь продолжать настаивать — я рассержусь.

— Тогда ставлю тебя в известность, что мне не по душе твое покровительственное отношение к Джорджу. К нему ты гораздо добрее, чем ко мне. Его ты ласково называешь Джо.

— Тебя я ласково называю Кьярро.

— Я твой муж, — надулся Кьярро.

— Ты очень милый! Тебя интересует, почему я хорошо отношусь к Джо? Он не следит за мной, в отличие от тебя.

— Вот такой вот я… неидеальный муж.

— Да. А Джо — идеальный друг. Он не лезет в мою личную жизнь.

— Если бы он туда полез — тебе бы пришлось приносить ему передачи в больницу! — резко ответил Кьярро.

Ох, он и рассердился! И показался ей еще более милым, смешным и… достойным ее любви.

— Злишься-то чего? Я просто объяснила суть вещей.

— Не нравятся мне такие вот… объяснения, — он продолжал дуться.

Деметра поцеловала его в щеку.

— Что, собираешься сказать, что Вы с Джорджем просто друзья? — ехидно поинтересовался Кьярро.

— Собиралась. Но ты не дал мне шанса!

— И не дам… ни единого шанса быть счастливой с кем-то другим. Ты будешь счастлива только со мной.

— Спасибо, Кьярро. Ты сводишь меня с ума.

— Видно, недостаточно сильно, — он вздохнул.

И ушел в свою комнату.