Глава 4

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 4

– Мне нужна твоя помощь. Идесс, пожалуйста. – Сжимая своё предплечье, Рами согнулся пополам на краю реки Нил. Идесс опустилась рядом с ним на колени.

– Что случилось? – Но в то время как она задала вопрос, Идесс уже знала ответ, увидев, что две из четырех геральди Рами яростно пылали. Две? Это было такой редкостью, что Идесс даже никогда не слышала о подобном. Когда только один из Праймори оказывался в беде, боль от этого была очень мучительной. Идесс не могла даже себе представить каково это, когда в беде сразу двое. – Что я могу для тебя сделать?

– Помоги... Викингу.

– Конечно. – Идесс приложила палец к отметине на руке Рами и тут же переместилась на своего рода поле сражения.

Зловоние смерти было таким же густым, как и туман, окружающий Идесс. Земля была пропитана кровью, усеяна частями тел и выпотрошенными кишками. Жертвы... боже всемилостивый, жертвы... женщины, дети. Это не битва. Резня. И в центре всего это, занеся топор над умирающим человеком, стоял Праймори Рами – Викинг. Аура зла оборачивала его как саван, сквозь который едва уловимо пробивалось голубое свечение статуса Праймори. При том, что люди могли быть такими же злыми, как существа из преисподней, именно из-за этого мужчины, кожа Идесс в том месте, где должны находиться крылья, начала зудеть, по позвоночнику побежал холодок. По венам Праймори текла кровь демона.

Женщина в изодранном платье ползла к Викингу. В её глазах светилась жажда убийства, в руке она крепко сжимала кинжал. Она являлась угрозой Праймори. Если женщина убьёт Викинга, он не совершит того грандиозного переворота в мире, и не важно, хорошие он будет иметь последствия или нет.

Если женщина убьёт Викинга, Рами утратит свою благонадёжность и будет вынужден задержаться на Земле ещё дольше, чтобы искупить вину.

А это означало, что он мог остаться с Идесс. Возможно, так долго, что они могли вознестись в одно время.

Мысль вспыхнула в голове Идесс и тут же исчезла, заставив её устыдиться. Ей хотелось, чтобы Рами заработал крылья и обрёл вечное счастье на Небесах. Но как только он уйдёт, Идесс останется одинокой и несчастной без своего брата, на которого полагалась в течение стольких столетий.

Женщина ползла по крови и частям тела, боль и месть отпечатались на её лице, когда она остановилась позади Викинга и подняла кинжал...

"Останови её".Разум подстёгивал Идесс исполнить свой долг, но она понимала, что если так поступит, то Викинг убьёт женщину, предварительно надругавшись над ней. Идесс пробрала дрожь до глубины души. Та её часть, что принадлежала матери, требовала милосердия для женщины, даже при том, что долг призывал выполнить то, что будет правильным для мира в целом, а не для отдельного человека.

Но Идесс повидала ужас того, что творили мужчины с женщинами. Доказательство лежало грудами вокруг неё.

Идесс закрыла глаза.

И ничего не сделала.

Женщина вонзила кинжал глубоко в спину Викинга. Его рёв огласил округу, заставив смолкнуть все звуки вокруг. Женщина снова нанесла удар, на этот раз в шею, и Викинг рухнул на колени. Идесс не стала дожидаться продолжения. Она переместилась к своему брату, стоящему в азиатском храме рядом с телом мужчины, голова которого валялась в нескольких футах от тела. Поблизости, прислонившись к дереву, сидела женщина Праймори, испуганная, но живая.

Рами обернулся к Идесс, сжимая своё предплечье и пытаясь отдышаться.

– Слава богу, ты вернулась живой и невредимой, – прошептал он. – Когда я ощутил, что мой Праймори умер, я опасался, что ты пострадала...

– Я сожалею, – прохрипела она. – Мне... не удалось.

– Ты пыталась. Это всё, о чём я мог попросить. – Рами обнял её, притягивая к себе. – Я так горжусь тобой, сестра. Сколько раз ты приходила мне на помощь? Ты пример для подражания для всех Мемитимов, и я уверен Бог вознаградит тебя за это.

Вина окутала Идесс, подобно двухтонному савану, и её колени подогнулись под тяжестью этой отвратительной ошибки, совершённой ею. Она предала своего брата. Свой народ. Своего Бога...

***

Идесс с криком села. Её лёгкие горели, она задыхалась, пульс стучал в висках. Она ненавидела этот сон. Этот кошмар. Даже имея за плечами более двенадцати веков, Идесс всё ещё была не в силах совладать с охватившим её отчаянием.

Она не могла поверить, что до сих пор ощущала жгучую вину, держащую её словно в тисках горя, невзирая на то, что Идесс давно убедила себя, что Рами простил бы её, как только она всё ему объяснила. Он был всепрощающим, нежным и заботливым. И что самое важное, она всегда ощущала себя с ним словно на одной волне. Рами понимал её как никто другой, и даже после Вознесения он всё ещё поддерживал её. Он так долго оттягивал этот момент, рискуя разгневать Совет Мемитимов.

Это случилось пятьсот лет назад, но муки предательства всё ещё преследовали Идесс. Прижав руку к животу, а второй потерев глаза, она выудила себя из прошлого. Реальность оказалась лучше. Намного лучше. Люди открыли кофе и мороженое. И Идесс могла наслаждаться и тем и другим в большом количестве...

От этой мысли её рот наполнился слюной. Идесс открыла глаза, веки ощущались подобием наждачной бумаги, и все предстало перед ней в тусклом красноватом свете. Где это она? Бросив украдкой взгляд по сторонам, она идентифицировала помещение, как больничное: оборудование, серые стены, испещрённые какими-то защитными символами, написанными кровью. Черепа и всякие заспиртованные части во флягах стояли на полках. Она посмотрела вниз и обнаружила на своём забинтованном теле хлопчатобумажный халат.

Идесс была пациенткой Центральной Больницы Преисподней. Той самой знаменитой демонской больницы. Как она здесь оказалась?

Что-то промелькнуло мимо неё размытым пятном. Идесс вздрогнула и повернула голову. У противоположной стены парили два призрака, такие реальные, как существа из плоти и крови.

"Он вернулся. Назад! Поспеши!"Голос мужчины был скрипучий, пронзительный и наполненный паникой.

Женщина кинулась на стену, молотя кулаками вдоль трещины, пересекающей её горизонтально от одного угла до другого. Идесс исподтишка наблюдала за парочкой, потому что если бы они догадались, что она в состоянии видеть и слышать их, то тут же накинулись бы на неё с просьбами о помощи: либо выбраться, либо передать сообщение или позаботиться об их близких.

"Поспешииии!"Трещина расширилась под натиском их кулаков. Беспокойство призраков отдавалось низким электрическим гулом по коже Идесс. Что могло так перепугать мёртвых? И что ещё более странно, они являлись людскими душами. И как они здесь очутились? Они оказались в ловушке, поскольку свет не мог пробиться через построенную демонами защиту?

Вздрогнув от этой мысли, Идесс попыталась встать с кровати... и тут же была откинута назад. Она оказалась прикованной цепью. Глупцы. Ничто не могло её удержать. Идесс зарычала и сконцентрировалась на двух своих врождённых качествах Мемитима: сверхъестественных силе и скорости.

Ничего не произошло. Цепи не поддались. Она попробовала снова. И опять ничего. Вот проклятье. Идесс нахмурилась и попыталась переместиться из больницы. И опять облом. Собрав все силы, она попыталась вырвать цепи, удерживающие её запястья, из торчавших в полу болтов. Она даже попыталась сменить форму, но у неё даже когтя не появилось.

– Сопротивление бесполезно, женщина. Это специальные оковы, которыми пользуются при аресте демонов, не позволяющие использовать ни одно из имеющихся сверхъестественных сил.

Темноволосый демон Семинус, одетый в медицинскую униформу, вошёл в комнату. Всё в нём – от размашистой походки до светящегося интеллектом взгляда – являлось олицетворением уверенности. Он был удивительно похож на демона, пытавшегося убить Кайнана, и Идесс задумалась, не являются ли они родственниками? Ей не так много было известно об этой довольно редкой породе инкубов, кроме их удивительной связи, которая поддерживается на протяжении нескольких поколений, обладая чертами, настолько схожими, что их можно было бы принять за близнецов.

– К тому же, – продолжил он, – тебе следует знать, что ты оказалась на территории, находящейся под юрисдикцией демонов, а это значит, что виновна, пока не будет доказано обратное. Поэтому, пока это не произошло, ты останешься в кандалах. – Его губы изогнулись в подобие улыбки. – Отличная система. Мало кто становится рецидивистом.

– Отпусти меня, – рявкнула Идесс. – Ты не имеешь права удерживать меня, независимо от твоих идиотских демонских законов.

– Это моя больница. Я имею право делать всё, что захочу.

– Кто ты такой?

– Я твой доктор. Эйдолон. Я знаю, что тебя зовут Идесс, но кто ты?

– Я ничего тебе не скажу. – Привидения бросились на стену и, пройдя сквозь неё, исчезли. Ещё один вынырнул из противоположной стены. – Почему у вас водятся призраки людей?

– Прости? Что ты сказала?

– Привидения. Ну, ты понимаешь, призраки мёртвых людей. Ваша больница наполнена ими. Почему?

Доктор бросил на неё раздражённый взгляд и произнёс снисходительным тоном:

– Некоторые виды, такие как оборотни и вампиры, имеют человеческие души.

"Конечно. Если они умерли здесь, то оказались в ловушке. Как ужасно".

Дверь распахнулась и появилась ещё пара демонов Семинусов: один брюнет в чёрной медицинской униформе, другой – крупный блондин в джинсах и футболке с надписью «Джек Дэниелс». У обоих длинные волосы, опускающиеся на плечи, и витиеватые татуировки, начинающиеся от кончиков пальцев правой руки и заканчивающиеся замкнутыми друг на друге кольцами, опоясывающими их шеи.

– Единственный способ получить свободу заключается в том, что мы выведем тебя наружу и отделим твою голову от шеи, – произнёс блондин хорошо поставленным голосом так, словно являлся главным специалистом по отделению голов в этой больнице, словно это являлось для него привычным занятием.

И обезглавливание являлось одним из вернейших способов убить её. Идесс открыла рот, чтобы ответить... и так и не закрыла его, поскольку в комнату вошел Кайнан, а следом за ним женщина-Хранитель, пронзившая её из арбалета и жена Кайнана – Джем – которую Идесс видела только раз, когда знакомилась – а вернее, шпионила – со всем, что связано с её новым Праймори. Джем выглядела довольно живописно. Она была одета в готические штаны, в ботинки с пряжками, корсет с рисунком черепа и ошейник. Только волосы немного отличались. Вместо чёрно-розовых они теперь были чёрно-фиолетовыми, и заплетены в косы.

Что Кайнан с Джем делали в больнице для демонов? Что тут нужно было Хранителю? Предполагалось, что он должен убивать демонов, а не тусоваться с ними. Идесс зажмурилась, пытаясь понять, не сниться ли ей это. Но когда она снова открыла глаза, они всё ещё находились там, окружившие её, словно готовящиеся к убийству гиены.

Идесс тщетно дёрнула цепи.

– Что происходит?

Джем отодвинула в сторону Эйдолона, чтобы взглянуть в лицо Идесс. Она смотрела так серьёзно, словно собиралась заставить страдать Идесс, а когда её накрашенные чёрной помадой губы раскрылись, обнажая зубы, появилось такое ощущение, что она собирается покусать её.

– Почему ты пыталась убить Кайнана?

Идесс в изумлении уставилась на неё.

– Убить? Я пыталась спасти его жизнь.

– Так ты, поэтому меня вырубила? – Голос Кайнана прозвучал хрипло. И хотя Идесс не слишком хорошо знала Кайнана, она догадывалась, что это наверняка из-за шрамов на его горле.

– Ты набросился на меня. Я всего лишь ударила тебя, чтобы убрать с линии атаки и защитить твою жизнь.

– Мне не нужна защита.

Парамедик скрестил руки на груди и многозначительно взглянул на неё.

– Если только от падших ангелов.

– Падший ангел? Вот кем ты меня считаешь? – Она фыркнула. – Я вас умоляю. Эти сволочи, не пошевелят и пальцем, чтобы защитить собственных матерей... если бы они у них были.

– Тогда кто же ты, и почему утверждаешь, что присматриваешь за Кайнаном? – Джем указала на белокурого демона. – Рейт не смог пробраться в твою голову, чтобы получить хоть какую-нибудь информацию, следовательно, мы предположили, что ты довольно сильное зло.

– Я не зло. – Это всё, что Идесс могла ответить, поскольку не собиралась рассказывать демонам о статусе Кайнана – Избранного Стража.

– Тогда тебе лучше начать отвечать, – заметил Кайнан. – Ты знаешь, что я зачарован, и только ангелы и падшие ангелы способны навредить мне. Следовательно, мне интересно, почему и как тебе стало известно обо мне. И я очень надеюсь, что ради себя же самой, ты не вынашиваешь планы очередного апокалипсиса, поскольку мы ещё от последнего не сильно оправились.

Кровь застыла у Идесс в жилах при слове "зачарованный", потому что причина, по которой он так спокойно себя чувствовал, объявляя о таком большом секрете, означала, что демоны были в курсе, и он не считал риском сообщить об этом Идесс.

И это означает, что они собираются убить её.

– Я не планирую никакого апокалипсиса, уверяю вас.

– Значит, ты планировала появиться в переполненном демонами особняке и хорошенько приложить меня? И если бы не Тайла и Лор, то неизвестно, чем бы всё это закончилось?

Тайла – это, наверное, счастливая обладательница арбалета, стоявшая рядом с Эйдолоном, но...

– Лор?

– Демон, который был со мной. Тот, кто принёс тебя сюда.

Демон, которого она пыталась убить, её спас?

– Глупцы, – пробормотала Идесс. – Полоумные! Мне поручено защищать тебя. Я Мемитим, Хранитель Праймори.

– Мемитим, – пробормотал Эйдолон себе под нос.

Джем развернулась к доктору, её косы мягко скользнули по обнажённым плечам.

– Что за Мемитим?

Комната погрузилась в тишину, когда Эй несколько раз провёл руками по волосам.

– Согласно представлениям некоторых религиозных учёных, Мемитимы – это ангелы, присматривающие за умирающими людьми, за которыми уже не приглядывают ангелы-хранители.

По сути, он был прав, но это входило в обязанности Мемитима после Вознесения. А сейчас Идесс находилась на земле и являлась кем-то немного больше, чем скромным телохранителем. Идесс внимательно посмотрела на Кайнана.

– Я могу поговорить с тобой наедине?

– Нет. – Кайнан указал на демонов, окружающих его. – Они мои друзья и родственники, и всё обо мне знают.

О, чёрт, это звучало не очень хорошо. Кайнан был не только Старейшиной, Хранителем самого высокого уровня, но и как Избранный Хранитель он владел чем-то настолько важным для выживания всей человеческой расы, что был зачарован ангелами и ему было даровано бессмертие, чтобы охранять этот предмет – предмет, который демоны могли использовать против людей, чтобы поработить их, уничтожить или ещё чего хуже.

– Существуют вещи, которые я не стану обсуждать в присутствии демонов.

– Эти демоны помогли мне стать тем, кем я являюсь, и я женат на одной из них, так что смирись.

Парамедик постучал костяшками пальцев по её наручникам.

– Похоже, у тебя просто нет другого выбора.

Идесс сердито зыркнула на него.

– Как тебя зовут?

– Шейд.

– Так вот, Шейд, у меня действительно нет выбора, но и у вас тоже. Кайнан находится в опасности, и если вы не отпустите меня, он может умереть.

Кайнан посмотрел на неё с сомнением.

– Кто за мной охотится? Падший ангел? Как ты уже видела, я подготовлен к этому.

– Это не падший ангел, а демон, которого вы зовёте Лор.

Эйдолон выгнул бровь.

– Это невозможно.

– Я тоже так думала, но я бы не была вызвана к Кайнану, если бы ему не угрожала опасность.

Вся команда дружно переглянулась, и затем Кайнан отцепил удерживающие её цепи от пола.

– Есть только один способ проверить это.

– Ривер? – спросил Шейд.

– Ага.

Они бесцеремонно потянули её к двери, ведущей на подземную парковку. На Идесс всё ещё были наручники, значит, она и там не сможет переместиться. Не то, чтобы она собиралась. Сейчас ей следовало оставаться подле Кайнана, чтобы объяснить ему серьёзность сложившейся ситуации. Но почему именно автостоянка?

– Существует заклинание, защищающее больницу от входа до выхода, кроме Хэррогейта и парковки, – произнёс Эйдолон, очевидно предвидя вопрос. – С тех пор как Ривер не может больше пользоваться Хэррогейтом, остаётся только одно доступное для него место.

Кайнан остановился позади чёрной машины скорой помощи и кликнул, призывая Ривера.

– Кто такой Ривер? – спросила Идесс.

– Ангел.

Ангел? Видимо он имел в виду падшего ангела...

Яркий свет затопил пространство, ослепляя присутствующих. Идесс, вздрогнув, прикрыла глаза, пока свет не растворился. Перед Кайнаном появился прекрасный ангел мужского пола, его золотистые кудри рассыпались по широким плечам, одежда выглядела современной, и довольно будничной: черные слаксы с рубашкой, такой же синей как его глаза, и это был не какой-нибудь падший ангел.

Идесс так и застыла с открытым ртом. Поскольку ангелы обычно пребывали на Небесах, ей попадались очень немногие, и то мельком и на расстоянии.

– Эй, мужик, – поприветствовал его Кайнан с улыбкой. – Рад тебя видеть.

Ривер сунув руки в карманы, и окинул их взором. Его внимательный взгляд на долю секунды задержался на Идесс.

– Жаль, не могу сказать того же о вас, – ответил он грубо, но подобие улыбки на его лице указывало, что он не так уж и раздражён тем, что его вызвали. – Вряд ли мне пристало встречаться с демонами в демонической больнице.

– О, конечно же, – воскликнул Рейт. – Теперь, при своём ангельском статусе ты слишком хорош для нас, а?

Казалось, что Ривер задумался над этим. Потом кивнул.

– В какой-то степени.

Рейт фыркнул, обнажив клыки. Он был наполовину вампиром?

– Сгораю от нетерпения увидеть твои крылья, – произнёс он, а когда Ривер развернулся к нему, наградив пристальным взглядом, Рейт закатил глаза. – О, давай же. Я мир спас. Могу же я хотя бы на твои крылья посмотреть.

Он спас мир? Конечно же, этот наглый сексуальный демон просто не мог быть тем, кто, по слухам, предотвратил Армагеддон. За последние несколько недель история распространилась подобно адскому пламени во всех земных сферах, в том числе и среди Мемитимов, но информация, которая дошла до Идесс, состояла скорее из предположений. То есть, предполагалось, что демон сражался на стороне добра против падшего ангела Бизамота, который, как говорилось, был ростом около двадцати футов, довольно скромен и служил Богу.

– Я покажу свои, если ты покажешь свои. – Демон состроил мину, и он явно не мог быть тем самым героем, о коем уже слагали легенды. – Яви спасителю рода человеческого ангельские перышки.

– Вы ведь не отстанете, не так ли? – спросил Ривер, и Эйдолон покачал головой.

Боже мой, это правда.

– Нам приходится слушать об этом изо дня в день.

Блондин Семинус усмехнулся.

– Совет вампиров повесил мой портрет на стене героев. Разве это является поводом для иронии?

– Особенно, учитывая тот факт, что они показали его тебе прямо перед тем, как наказали за обращение Серены, – заметил Шейд.

Рейт снова фыркнул.

– Ублюдки.

– Мы тебя долго не задержим, – прервал его Эйдолон и указал рукой на Идесс, которая всё ещё пыталась переварить всё, что только что услышала. – Нам нужно знать верно ли то, что этот... человек сказал нам.

– И что она вам сказала?

Идесс вздёрнула подбородок и вышла вперёд.

– Я Мемитим и Кайнан является назначенным мне Праймори.

Ривер прищурил глаза и кивнул.

– Она Мемитим. – Он обернулся к Кайнану, обнимавшему за талию Джем. – Ты её Праймори.

– Что означает Праймори? – спросил Кайнан.

Ривер пожал плечами, словно в том, что он произнес, не было ничего особенного. Может быть потому, что он являлся полноценным ангелом, а не Мемитимом, которому даже вознестись, ещё не удалось.

– Праймори – это люди, иногда демоны, которым судьбой предназначено выполнить нечто грандиозное. Они способны своими действиями изменить течение истории или существенно изменить законы и тому подобное. Как только их миссия выполнена, они либо умирают, либо возвращаются к нормальной жизни. Но до того момента им положены хранители, оберегающие их от преждевременной кончины.

– То есть, ты утверждаешь, что она типа хорошая? – переспросил Кайнан.

– Да. Ангелоподобное существо. – Ривер раздражённо глянул на Кайнана. – Во что ты вляпался на этот раз?

Идесс сопротивлялась ребяческому желанию воскликнуть: "Я же вам говорила!"Всем им. Вместо этого она вышла вперёд и произнесла:

– Ему угрожает опасность, но не от падшего ангела.

Ривер резко повернул голову в сторону Идесс, внимательно её изучая.

– Тогда кто? Никто кроме ангелов...

– Лор, – перебила его Джем. – Идесс утверждает, что это Лор.

Ривер вновь вернул своё внимание к Кайнану.

– Это тот, кто тебя возродил?

– Мне не хотелось бы вспоминать об этом, но да.

Выражение лица Ривера стало задумчивым.

– Подобное возможно. Он возродил тебя при помощи мистических сил, которые не должны были существовать. По законам Вселенной, он может лишить жизни, которую даровал. – Взгляд Ривера вернулся к Идесс, от чего у неё перехватило дыхание. – Ты в курсе, что Кайнан является Стражем, и что амулет, который он носит, один из важнейших объектом для Вселенной. Но понимаешь ли ты, насколько он важен? – Естественно Идесс понимала... вроде... но когда открыла рот, ангел перебил её: – Если ты не сумеешь сохранить его, Мемитим, то сильно подведёшь человечество и отрежешь себе путь к Вознесению.

– Приятель, – Рейт посмотрел на Идесс, – полегче, ладно?

Эйдолон тихо выругался:

– Я поговорю с Лором.

– Кайнану нужно обеспечить защиту любой ценой, – констатировал Ривер. – Разговора вряд ли будет достаточно. – Его лицо казалось непроницаемым, и только в глазах светился астральный огонь, когда Ривер, прищурившись, посмотрел на доктора. – Вам следует убить его.

***

Лор воспользовался Хэррогейтом, чтобы добраться до своего дома в Северной Каролине, который, по сути, являлся жалкой лачугой всего с одной спальней. У него были деньги, и довольно не малые, но Лор не видел причины для покупки чего-то большего. Этот домишко его вполне устраивал на протяжении многих столетий.

Лор прошёл мимо древнего грузовичка и нового Хаммера. Не то, чтобы он часто сидел за рулём, но ему нравилось напоминание о человечности. Ещё до того, как войти в дом через чёрный ход, Лор ощутил свою сестру-двойняшку, а войдя, увидел, как она развалилась на его кушетке в своих привычных кожаных штанах и чёрной толстовке с короткими рукавами, и попивает его самодельное спиртное. До того, как Детару поработил Лора, он занимался продажей запрещённого алкоголя. Запрет являлся для Лора вызовом.

Когда он вошёл в гостиную, Син опустила стакан на кофейный столик, расплескав жидкость на дубовую поверхность.

– Что, чёрт возьми, с тобой случилось?

– Ввязался в небольшую заварушку.

Чёрные как смоль глаза яростно сузились, когда Син вскочила на ноги и ткнула пальцем в рубашку от медицинского костюма, которая была на Лоре.

– Ты ходил в ту... в ту больницу? – Син произнесла слово "больница" так, словно это было чем-то омерзительным.

Лор стянул куртку и рубашку, и бросил вещи на пол, оставив их там, как нечто чужеродное.

– Тебя это не касается.

– Ты видел... их?

– Да.

Выражение лица у неё стало напряжённым.

– Ты ведь ничего им обо мне не рассказал, не так ли?

– Я же обещал, что не буду. – Лор направился в ванную, но Син ничуть не смутившись, отправилась за ним следом. У двери он резко развернулся, так, что она чуть не налетела на него. – Не возражаешь, если я уединюсь?

– Они не должны обо мне узнать.

– Я сомневаюсь, что для них это будет чем-то особенным...

– Серьёзно? Сестра, которой, по сути, и быть то не должно? Ошибка природы? Фрик? – Син уперла руки в бока. Мускулы её бицепсов подрагивали, заставляя татуировку на правой руке извиваться, а шрамы – переплетаться с рисунком. – Опомнись. Даже люди убивают своих сородичей, когда кто-то из них не "такой" как все. Думаешь, что демоны не такие? Мы видели, что происходит в подобном случае.

Они действительно знали, что происходило в подобных случаях. Существовали разновидности демонов, целиком посвятивших себя уничтожению демонов полукровок, скрещенных с людьми. Демоны Семинусы являлись горсткой тех, кто скрещивался с другими разновидностями демонов, используя женщин в качестве инкубаторов, но их потомство всегда являлось мужским, и всегда чистокровным, невзирая на разновидность матери.

Если только мать не являлась человеком.

Лор тоже был напуган, потому что его мать являлась человеком, но это не шло, ни в какое сравнение с тем, что ощущала Син. Насколько ему было известно, не было до этого ни одной женщины Семинуса, и всё же, они вместе были в матке, у них один день рождения, и одинаковые татуировки на руке.

– Ты не фрик. И вряд ли тебе стоит беспокоиться по их поводу. – Лор остановил Син взмахом руки, когда она попыталась ему возразить. – Не истери. Я обещал.

– Я истерю? – возмутилась она. – Я пойду, прогуляюсь. Приятно тебе поплескаться в душе.

Она вышла, взмахнув иссиня-чёрными волосами, которые разметались по её спине. Напоследок, выражая своё возмущение, Син хорошенько хлопнула дверью. Она слишком остро реагировала. Слишком. Но ей было свойственно сначала выходить из себя и только потом думать. Поэтому Син использовала долгие прогулки как способ, немного остыть и избавиться от сжигающего её гнева.

Лор только головой покачал, направившись в душ. Его сестра так отличалась теперь от той, какой он её помнил. Ему было безумно жаль, что он не смог помочь ей до того, как она снова ворвалась в его жизнь. Было бы лучше, чтобы он вовсе не оставлял Син в эти жуткие для неё времена. Куда бы лучше.

Лор вымылся, но вне зависимости от того, как сильно он тёр себя мочалкой, от его прошлого не очиститься. Слишком много всего произошло, слишком много людей умерло и слишком много ошибок совершено. Всё это не утечёт с водой в отверстие слива.

Однако Лор наслаждался ощущением горячей воды и мыльной пены, скользивших по его телу и смывавших кровь и грязь, которую оставила медсестра Слотти, промывавшая его рану. По крайней мере, раны исцелились. Рваные края стянули растворяющимися стежками, и хотя Эйдолон совсем чуть-чуть использовал свой исцеляющий дар, этого оказалось достаточно, чтобы срастить наружный слой кожи и оставить только тоненькие, белые шрамы. Исцеление также срастило его рёбра, да и плечо чувствовалось как новенькое.

В целом, Лор ощущал себя в прекрасной форме и был готов к убийству Кайнана. К счастью горячая, безумная женщина, пахнущая патокой и специями, теперь ему не помеха.

Вмешательство Идесс оказалось неудачным, раздражающим и... возбуждающим. И насколько это являлось запутанным? Она пыталась уничтожить его, и какой-то искривленной внутренней его части этой мысли оказалось достаточно, чтобы изображение Идесс побудило Лора сжать в кулаке собственную возбуждённую плоть, начиная её поглаживать. Обычно подобное было связано со вспышками гнева, но впервые за долгое время он нуждался в разрядке ради самого удовольствия, а не чтобы укротить гнев. Даже связь с Эйприл-Мэй-Джун, а в прочем, как и со всеми остальными женщинами требовалась, чтобы избавится от гнева, и, по сути, она являлась всего лишь средством, обеспечивающим Лору разрядку.

Но Идесс... Она была другой, а в жаркой фантазии Лора, она была сексуальной женщиной, стоявшей перед ним на коленях. Лор мог представить, как Идесс поднимает взгляд, оглядывает его из-под полуприкрытых век. Мог представить её пухлые губы, маленькое колечко в верхней части правого ушка, которое сверкает на свету. Лор едва удержался от стона, проводя ладонью вверх и вниз по своему члену, представляя на её месте рот Идесс. Чёрт возьми, да, она была хороша... так офигенно хороша, что Лор не сдержался, и когда кончил, понял, что это был лучший оргазм за последние десятилетия.

Когда дрожь в ногах утихла, Лор закончил с душем и, обернув полотенце вокруг бёдер, направился в спальню, надел шорты и майку, сделав мысленную заметку о том, чтобы в скором времени прошвырнуться по магазинам... потому что остался без последней кожаной куртки.

Лор прошлёпал босиком в гостиную, в окно которой только просочилось утреннее солнце. Син вернулась, и теперь сидела на кушетке, смотрела шоу по телевизору. Рядом с ней стояли бутылка дешёвого виски и стакан. Вентилятор под потолком лениво наматывал круги, не разгоняя весеннюю духоту.

Казалось, что Син вовсе не беспокоил липкий, влажный воздух. Она подбрасывала один из своих клинков в воздух и ловила его ловкими пальцами. Син могла с десяти ярдов попасть цели в глаз. Не то, чтобы ей требовалось убивать подобным способом. Её дар был очень похож на дар Лора, вот только легче поддавался контролю, да и пользовалась им Син чаще.

Син продолжала подбрасывать нож, когда Лор опустился в глубокое кожаное кресло возле кофейного столика.

– Так ты надрал ему задницу? – спросила Син несколько нечленораздельно. – Парню, с которым подрался?

– Это был не парень.

– Насколько я знаю, ты не ходишь по бабам, так что же произошло?

– Эй, – обиженно воскликнул Лор. – Я хожу по бабам. Как раз делал это прошлой ночью.

Син снова подбросила нож в воздух и поймала его.

– Ну-ну.

– Серьёзно.

– Ты убил её?

– Почти. – Лор положил ноги на кофейный столик. – Но я не виноват. Она оказалась богомолом и пыталась меня съесть.

Син отрывисто рассмеялась.

– Только с тобой, братишка, такое могло случиться. Только с тобой. – Она снова вернулась к просмотру телевизора, где приглашённый гость вещал о любви и браке. – Так эта цыпочка так серьёзно надрала тебе задницу, что тебе пришлось обратиться в больницу?

– Она защищала мою цель, – произнёс осторожно Лор, но, несмотря на то, что это назначение являлось хорошей новостью, он не хотел, чтобы Син узнала, что лишится жизни, если он оплошает.

– Внештатная работа?

– Нет.

Син развернулась к нему так быстро, что Лор услышал, как хрустнула её шея. Нож врезался в подлокотник кушетки.

– Ты это серьёзно? Лор? Ты меня не разыгрываешь? – Она убрала звук в телевизоре, чтобы не слышать визгов убегающей Энн Карри.

Пульс, отдающийся в его ушах, являлся единственным звуком в наступившей тишине.

– Я на редкость серьёзен.

Син завизжала. Его сестра никогда этого не делала.

– О, мой Бог! Я была уверена, что ты откажешься. Это твоё сотое задание, Лор. Мы почти свободны! – Она дрожащей рукой налила спиртное в стакан.

– Да.

– Лааадно. – Син отхлебнула из своего стакана. – Ты не выглядишь особо взволнованным.

Вот дерьмо.

– Я взволнован. Мы хотели этого столько десятилетий, верно? – Хотя это время показалось столетиями с того момента, как Лор согласился на сто убийств в обмен на собственную свободу и свободу Син.

– У задания сроки?

Он моргнул.

– Откуда ты знаешь?

– Это всего лишь предположение. У меня тоже есть один с неимоверно сжатым сроком.

Страх скрутил внутренности Лора. Они никогда не выполняли заказ более двух недель.

– Что произойдёт, если ты не уложишься в срок?

Син посмотрела куда-то вдаль и вынула нож.

– Син? – Голос Лора сорвался. Впервые за долгое время Лор ощутил реальный страх, но не за себя, а за Син, которой и так выпало столько страданий на долю.

– Он меня продаст, – процедила Син сквозь зубы. – Он вырвет мне руку, чтобы я больше не могла убивать, и продаст Нитулам.

О, Боже! Нитулы были невероятно жестоким видом, который разводил, тренировал и торговал рабами... особенно секс-рабами. До того, как Син продали Детару, она перенесла неимоверные страдания, будучи рабыней, которая исполняла любые желания своего хозяина, начиная с продажи наркотиков и заканчивая убийством его врагов, но Нитулы сделают с ней такое, что то, через что ей уже пришлось пройти, покажется прогулкой по пляжу.

– Этого не произойдёт, – поклялся ей он. – Я помогу тебе с твоим заказом. Кто это?

– У тебя самого есть, чем заняться. – Син провела большим пальцем вдоль лезвия ножа. – Что случиться, если ты не уложишься в срок?

– Ничего.

Внимательный взгляд её тёмных глаз приобрёл серебристый стальной оттенок.

– Брехня. Колись уже.

– Если я не уложусь в сроки Дет увеличит вдвое время моего служения ему, – солгал Лор.

Син внимательно его изучала, словно пытаясь определить, сказали он ей правду или нет. Она имела склонность сомневаться во всём, особенно в том, что касалось Лора, и он задавался вопросом, сможет ли она когда-либо снова ему доверять.

– Ты уложишься в срок, – произнесла, наконец, Син. – Прежде у тебя никогда не было осечек. Так что же случилось, когда ты пытался выполнить заказ? Оказаться застигнутым врасплох вовсе не твой стиль.

Из распахнутого окна послышалась, словно насмешка птичья трель.

– Я стал слишком самонадеянным.

– Вот теперь я тебе верю, – заметила она, усмехнувшись. – Так кто же это? Кого тебе заказали?

Подобные вопросы не были приняты среди наёмников – слишком велик был риск, что у тебя уведут из-под носа заказ – но Син и Лор никогда не скрывали ничего друг от друга.

– Помнишь, я рассказывал тебе об одном засранце, которого вернул к жизни? Так это он. Надо полагать, мне не следовало его воскрешать.

Син сильнее вцепилась в рукоятку ножа.

– А... а это ничего, что его друзья... – Она замолкла, поскольку язык не повернулся произнести "наши братья".

– Да, тут всё в порядке. Я разберусь с этим, устроив всё так, что они в жизни не догадаются, что я имел какое-либо к этому отношение. – Сомнение превратило её губы в одну сплошную упрямую линию, и Лор решил перевести тему разговора подальше от Кайнана и своей потенциальной проблемы. – А как насчёт тебя? Кто твой клиент?

Син вытянулась на кушетке, закинув руки за голову. Тёмные круги под глазами и полуприкрытые веки говорили о том, что она сильно утомлена.

– Какой-то оборотень-одиночка. Полагаю, это не составит особого труда.

Похоже, действительно ничего сложного для Син, но когда Кайнан будет мёртв, Лор намеревался помочь Син с оборотнем или варгом, как им больше нравилось себя называть. Он не допустит, чтобы её продали Нитулам.

Слабая вибрация привлекла внимание Лора, и он поднялся, чтобы достать свой мобильник из кармана брюк. Это оказался Эйдолон. Снова. Вздохнув, Лор просмотрел сообщение... и дыхание его замерло.

"Приходи ко мне на квартиру. Сейчас. Нам нужно обсудить Кайнана."

Переводчики: aveeder, natali1875, fabery, kr71

Редактор: Casas_went