Глава 6 Что такое нормальные отношения с едой?

Как узнать, что у вас или вашего близкого человека не просто диетический невроз, а нечто более серьезное? Психиатрический диагноз – штука тонкая, построенная на «полутонах». В гинекологии нельзя быть «немножко беременной», а в хирургии невозможно иметь «нестрашный перелом основания черепа», но в психиатрии важна именно степень выраженности симптомов и их влияние на жизнь человека. В современном мире вы обречены хотя бы раз в жизни не сесть на диету или раскритиковать свое отражение в зеркале. Вопрос лишь в том, сколько это отнимает свободы.

Если при виде бутерброда с маслом у вас начинаются панические атаки, если вы не ходите в гости, потому что боитесь сорваться за праздничным столом, если съеденная конфета вызывает невыносимое чувство вины и желание тут же встать на беговую дорожку, если вы продолжаете тренировки, несмотря на грипп или травму, то дело не в том, как называется такое состояние, а в том, что оно снижает качество жизни.

Нужно добавить, что для американской психиатрии (а говоря о расстройствах пищевого поведения, мы опираемся на данные американского справочника DSM – V) классификация того или иного состояния как психического расстройства определяется не для того, чтобы ставить на человеке клеймо «псих», а чтобы человек, имеющий подобные проблемы, мог по своей страховке получить помощь, в том числе психотерапевтическую. Официальный диагноз дает право на квалифицированную медицинскую помощь, расходы на которую покроются страховкой. В этом случае человеку не придется платить гадалкам за «отворот от еды» или посещать тренинги избавления от «пищевой зависимости».

Похудеете ли вы, если справитесь с расстройством пищевого поведения? Этот вопрос волнует почти всех, кто приходит на терапию. Может быть, да. А может быть, нет. Если говорить о нервной анорексии, то часть ее лечения направлена на набор веса (и, как мы обсуждали выше, это самый сложный терапевтический момент). В любом случае в вопросе о весе таится ловушка. Фиксация больного на худобе только усугубляет любое расстройство пищевого поведения, а в основе каждого из них так или иначе лежит нарушенный образ тела, проблемные отношения с ним, постоянная неудовлетворенность и работа над собой с мыслью, что осталось еще немного подправить внешность – и все будет хорошо.

Если вылечить расстройство пищевого поведения, то у человека освободится огромное количество сил и энергии для карьеры, увлечений, семьи. А успехи в этих сферах помогут стабилизировать психику, и тема еды отойдет на дальний план, как и тема недовольства собой.

Завершая эту часть книги главой о норме, я хочу поговорить о нормальном отношении к голоду[107]. Представьте себе типичную рекламу о похудении: стройная красотка со следами ретуши на глянцевом лице наделяет некую еду магическим свойством – еда обещает «контролировать голод», «обмануть голод», «отвлечь от голода» и т. п. Что угодно, но не утолить и насытить.

Контролировать голод. Лет 50 назад люди просто не поняли бы эту фразу

Контролировать голод. Лет 50 назад люди просто не поняли бы эту фразу. Людей (особенно женщин) учат враждовать с голодом, рассматривать его как проблему, опасность, которую необходимо «контролировать». Диетическая индустрия говорит, что голод нужно обманывать («Больше пейте, когда хочется есть»), не доверять ему («В большинстве случаев голод – это жажда»), обуздать или игнорировать его. Но никогда не удовлетворять!

С этими рекламными установками мы забыли, что голод играет важную роль – их на самом деле две, а иногда и три. Главный смысл голод – говорить нам, когда телу нужна энергия. Другая важная роль голода – в том, что его удовлетворение приносит удовольствие. И это тоже очень важно, вопреки утверждениям аскетов из секты диетопоклонников. Тема еды и удовольствия стала новой моралью: ведь правильной считается только та еда, которая «невкусная, потому что полезная». Отсутствие удовольствия стало мерилом «правильного питания».

Наконец, третья роль голода: его удовлетворение дает нам возможность чувствовать связь с другими людьми, еда – это социальный акт. Недаром у тех, кто страдает расстройством пищевого поведения, разрушаются не только отношения с едой и телом, но и с социумом. Если боишься голода, то тебе будет страшно ходить в гости: ведь при виде накрытого стола голод будет терзать тебя еще сильнее. Когда человека с детства учат контролировать голод и ни в коем случае ему не поддаваться (а то проиграешь!), то на глобальном уровне теряется возможность развить здоровые отношения с ним.

Но диетическое поведение – лишь современный социальный стереотип. Какое животное будет добровольно голодать? Вы когда-нибудь видели собаку, которая хлебала бы воду, чтобы погасить аппетит? Или кошку, которая среди великого разнообразия нормальной еды выбрала бы себе на обед лишь кошачью жвачку?

Голод, жажда и усталость – это важные сигналы, которые нельзя игнорировать. Они существуют для того, чтобы мы удовлетворяли базовые нужды тела: достаточно ели, пили, спали. Для удовлетворения этих потребностей не нужны витаминные добавки и ягоды годжи, требуется лишь достаточное количество еды, чтобы продолжать жить дальше. Однако мы сражаемся с голодом всеми возможными средствами, и поэтому неудивительно, что так много людей сегодня имеют нарушенные отношения с едой и своим телом. Если человек будет игнорировать голод и усталость на тренировках, то рано или поздно он проиграет эту войну с телом. Наше тело гениально устроено, миллионы лет эволюции научили его выживать в невыносимых условиях и адаптироваться ко всему: голодным временам, интенсивным физическим нагрузкам, стрессам. Но оно не может так вот запросто приспособиться к постоянно меняющимся стандартам внешности.

Вы согласились бы принимать лекарство, у которого есть масса побочных эффектов, включая раздражительность, головокружение, чувство усталости? При этом его следует очень долго принимать, прежде чем оно избавит вас от проблемы, да и то лишь на 3–5 %, а 95–97 % того, с чем вы боролись, вскоре вернется. А когда вы в следующий раз начнете прием этого лекарства, его эффективность будет еще ниже, если будет вообще. Так вот, диеты и есть это лекарство.

Но диетическая индустрия не анализирует подобные факты о диетах. Зачем? Проще обвинить клиента: «Ваше тело просто неправильно реагирует на наше прекрасно лекарство. Купите его снова и попробуйте еще раз».

Фрейд в своей знаменитой работе «Тотем и табу» (1913 год) прекрасно сформулировал мысль, что потребность в запретах заложена в психике любого человека и является ее врожденным свойством. Запрет – внутренняя потребность и инструмент стабилизации внешнего хаоса. Причем предмет запрета не имеет большого значения. Фрейд приводит интересное сравнение: неважно, запрещено ли вождю трогать горшок, в котором готовится еда для всего племени из-за опасения, что его сила передастся вареву и убьет едоков, или это навязчивая боязнь тревожного человека прикасаться к вещам умершего – в любом случае речь идет о вере в ритуалы, которые могут спасти от устрашающего объекта (в данном случае – смерти).

Потребность в запретах, включенная в базовую комплектацию нашего ДНК, как Windows, предустановленный в компьютере, не может простаивать без дела. Она обязательно сотворит себе кумира, а вдобавок – целый языческий религиозный культ. В наше время это диеты.

Почему же диеты – типично языческая религия? Потому что у них есть главный признак культа: длинный список табу, необъяснимых и часто противоречащих друг другу. Чего стоит один только запрет не есть после шести или не есть продукты, количество калорий в которых неизвестно. Существует разрешенная и запрещенная еда, и если вы поддадитесь искушению и съедите пирожное, его придется «отработать» (искупить грех).

– А могу я съесть творог 0 % жирности? Сейчас ведь только 19.30?

– Нельзя, уже поздно.

– Но у меня дети, работа, помилуйте, я не успела поужинать раньше! Я есть хочу!

– Терпи и искупай грех свой голодом.

Я не выдумала этот диалог: такие можно встретить на любом «диетическом» форуме.

У диетического культа есть свои иконы – модели. Степень их худобы недостижима для большинства, примерно как способность шамана говорить с духами. А уж до чего суровые люди эти блюстители диеткульта! И какие грозные проклятия они посылают тем, на чьих телах заметен «грех» – жир!

В глянцевых журналах часто встречается интерпретация такой мысли: «Не наказывайте себя за съеденный эклер дополнительными нагрузками – ограничьтесь угрызениями совести». Угрызения совести за эклер? Перед кем же вы провинились и за что должны себя наказывать? Разве вы украли это пирожное?

Конечно, соблюдение ритуалов успокаивает, стабилизирует тревожную психику, а расстройствами пищевого поведения страдают в основном чувствительные, возбудимые люди, которых многое тревожит и которым трудно вернуть эмоциональное равновесие. Здесь-то и открывается простор для древних механизмов психики: что тут у нас есть похожее на старое недоброе язычество? Да вот же оно, узнаю! Дайте что-нибудь из Дюкана и еще Аткинса[108] добавьте, пожалуйста.

В эпоху капитализма такой механизм непременно привлекает серьезные финансовые потоки, потому что где страх – там и желание откупиться от него. Диетические компании немного напряглись, когда поняли, как работают диеты – а они никак не работают.

Исследования снижения веса организованы по одной и той же схеме. Наблюдения за испытуемыми длятся достаточно долго, чтобы отметить потерю веса, но гораздо меньше срока, позволяющего проследить, а что же случается после потери веса. Это очень удобно для спонсоров исследований, особенно если учесть, что большинство подобных исследований финансируется компаниями, торгующими либо медикаментами для снижения веса, либо диетическими программами.

Потерять вес очень просто – по крайней мере именно это нам повторяют снова и снова. Нужно всего лишь считать, сколько калорий «съедено» и сколько потрачено. Или просто соблюдать баланс белков, жиров и углеводов. Или исключить из рациона некоторые продукты. Или чередовать определенные группы продуктов. Или соблюдать строго отмеренные промежутки времени между приемами пищи. Или употреблять продукты, которые были в рационе наших предков. Или… Или…

Тело же не знает, что у вас есть мечта влезть в микробикини, оно думает, что пришли голодные времена и нужно срочно принимать меры: самым экономным образом расходовать запасы

Да, все эти стратегии могут вызвать первоначальную потерю веса, но потом он неизбежно вернется – и об этом исследования умалчивают.

Сегодня предполагается, что ограничивать свой пищевой выбор и постоянно обдумывать, чем и когда питаться, – здоровый процесс. Это предположение настолько распространено, что уже считается нормой. Но правда в том, что тело не терпит, когда его ограничивают в еде, и оно не хочет терять вес, особенно если начинает ощущать, что еды остро не хватает. Тело же не знает, что у вас есть мечта влезть в микробикини, оно думает, что пришли голодные времена и нужно срочно принимать меры: самым экономным образом расходовать запасы.

Поэтому тело саботирует попытки похудеть, что весьма усложняет процесс потери веса, особенно если ограничивать себя в еде все больше и больше. Как тело саботирует ваши усилия? Замедлением метаболизма: вы чувствуете себя уставшим и помимо воли тратите меньше энергии и сжигаете меньше калорий. Но тело на этом не останавливается: оно заставляет мозг фиксироваться на еде, вызывает голод, вынуждает вас обжираться и набирать сброшенный вес – иногда очень быстро, иногда – в течение года.

И если ваша диета закончилась тем, что вы вернули сброшенный вес, а то и набрали больше, то не стоит думать, будто вы недостаточно старались. Просто ваше – тело суперпрофессионал в деле спасения вас от голода.

А диетическим компаниям даже на руку, что их клиенты «проигрывают»: значит, они вернутся, чтобы в следующий раз «хорошо постараться». Любой бизнес стремится к обретению постоянных клиентов, и диеты в этом отношении – идеальный вариант. Когда вес снижается, клиенты приписывают весь успех диете, упуская из виду, что вернувшийся вес по «эффекту йо-йо[109]» – тоже часть диеты[110].

Очень и очень редко кому удается потерять вес в результате диет и закрепить достигнутый результат. А люди, которым удалось долго продержаться на диете, либо научились по-настоящему слышать свое тело, либо заработали нарушение пищевого поведения, и вся их жизнь теперь навязчиво строится вокруг диеты и еды.

Так где же выход? Чтобы оставаться в здоровом и стабильном весе (который может быть не таким низким, как хотелось), нужно научиться слышать, сколько и какой еды требуется телу. И давать ему ее. Это единственное условие, при котором ваше тело не будет бороться и отвоевывать обратно свои килограммы. Перестаньте сражаться с весом, и вы обнаружите, что вес перестал сражаться с вами. Переосмыслите влияние диетического культа на восприятие образа своего тела и поймите, есть ли у вас расстройство пищевого поведения. Если есть, по возможности обратитесь за профессиональной помощью.

А закончить эту главу я хочу цитатой из книги Эллин Саттер (Ellyn Satter) «Секреты питания здоровой семьи: как есть, как вырастить хороших едоков, как готовить» (Secrets of Feeding a Healthy Family: How to Eat, How to Raise Good Eaters, How to Cook):

Нормальное питание – это когда ты садишься за стол голодным и ешь, пока не почувствуешь сытость, а останавливаешься, потому что наелся, а не потому, что так «нужно». Это возможность выбрать еду, которая нравится, и съесть ее. Нормально питаться – значит выбирать питательную еду, но не переживать из-за этого и не ограничивать жестко свой выбор, чтобы пропадало удовольствие от еды. Нормальное питаться – это разрешать себе есть, потому что вы счастливы, вам грустно или скучно или просто потому, что вкусно. Нормальное питание – это еда три раза в день, или четыре, или пять, можно даже с перекусами на ходу. Это желание оставить печенье нетронутым, потому что вы знаете: оно никуда не денется. Или съесть лишнего, потому что у продукта невероятный вкус. Нормальное питание – это иногда переедать или недоедать, доверять своему телу и совершать ошибки в выборе еды. Нормальное питание требует внимания, но не отнимает время у других сфер вашей жизни. Одним словом, нормальное питание – гибкое, оно подстраивается под ваш голод, распорядок дня, чувства и возможности.

Статистика расстройств пищевого поведения (РПП)[111]

• В США не менее 30 млн человек разного пола и возраста страдают расстройством пищевого поведения (РПП);

• каждые 62 минуты как минимум один человек умирает в результате прямых осложнений от РПП;

• РПП имеет самый высокий показатель летальных исходов среди всех психических расстройств;

• 13 % женщин старше 50 лет страдают РПП;

• 0,9 % американских женщин в течение жизни страдают анорексией;

• 1 из 5 случаев анорексии заканчивается летальным исходом;

• риск заболеть анорексией на 50–80 % связан с генетикой или булимией;

• 1,5 % американских женщин в течение жизни страдают от нервной булимии;

• 2,8 % американских женщин в течение жизни страдают от приступов обжорства;

• примерно 50 % риска для приступов обжорства определяются генетически;

• среди пациентов, прибегающих к бариатрической хирургии, количество пациентов с приступами обжорства достигает 25 %;

• половина пациентов с РПП страдает депрессиями и/или тревожными расстройствами;

• 1 из 10 пациентов с РПП имеет зависимость (чаще всего алкогольную).